Собачье дело.

На камерной сцене Архангельского драматического театра им.Ломоносова Алексей Ермилышев поставил пьесу об аутисте с задатками сыщика.



Пьеса "Загадочное ночное убийство собаки" поставлена по роману Марка Хэддона. Роман (честно) не читала, но спектакль захватил внимание полностью. Главный герой - Кристофер Бун - 15-летний аутист с синдромом Аспергера.

Понятное дело, что такое этот самый синдром я не знала, но слава Богу есть интернет, узнать не проблема...
Этот синдром - ментальное расстройство, осложняющее коммуникацию с внешним миром. Такие люди воспринимают окружающую действительность как набор фактов и формул, в своих действиях руководствуются четкой логикой и лишены воображения. Такие люди прекрасно считают, поглощают и запоминают информацию в невероятных размерах, они на сто очков вперед могут превосходить обычных людей в абстрактном мышлении.



С точки зрения героя неправильными, странными выглядят как раз обычные люди. Например, когда они говорят одно, делают другое, а думают третье, выражают мысль с помощью поднятых  бровей или смайликов.



А еще употребляют странные, бессмысленные выражения вроде "скелет в шкафу", "бревно в глазу" или "вот где собака зарыта". Кристофер от природы не способен врать, поэтому самым страшным потрясением для него оказывается обман и предательство близких людей.



Увидев в саду соседки убитого пса, он берется расследовать преступление, которое взрослые почему-то считают не важным.



Неожиданно он узнает шокирующие сведения о собственной семье.



На самом деле, аутизм - это только дополнительная краска, обостряющая конфликт. В такой ситуации мог бы оказаться любой, самый обычный подросток. Это только с годами мы учимся не так болезненно воспринимать неправду (видимо потому, что и сами лжем все больше).



Но режиссер и исполнитель главной роли Михаил Кузьмин подошли к своему герою с большой дотошностью. Лично мне не приходилось общаться с аутистами, но по описаниям все это так и выглядит.  Напряженные руки, опущенный и как бы погруженный в себя взгляд, монотонная речь. Я поверила на 146% и даже забеспокоилась, как бы такое погружение в этот образ не сказалось на здоровье актера. В какой-то момент ты просто перестаешь отделять актера от  персонажа и полностью включаешься в происходящее.



Оформление сцены тоже отражает внутренний мир героя. Квадратный участок, в котором он собственно и существует, доски, на которых так удобно писать формулы, несколько мелких кубов. Все это упорядоченно, гармонично, комфортно для Кристофера.



Даже движения окружающих его людей должны бы быть более упорядоченными.


Во втором акте все эти границы снимаются и герой попадает в реальный окружающий мир. Чужые улцы и люди, вокзал и поезд, проносящиеся мимо деревни и, наконец, Лондон - вся эта масса впечатлений почти невыносима для сознания, которое не умеет, в отличие от мозга обычных людей, блокировать ненужную информацию. Кристофер замечает даже сколько различных оттенков травы за окном поезда.



И хотя вроде бы пьеса заканчивается жизнеутверждающе - испытания, которые он выдержал, внушают Кристоферу веру в себя, он сдает важный экзамен, планирует поступить в университет и стать ученым. Но зрителям на его вопрос - "У меня получится?" - очень трудно ответить положительно и не солгать.



А еще это, мне кажется, единственный спектакль, который заканчивается решением математической задачи. Для желающих. Но пожелали все.

Posts from This Journal by “архдрама” Tag